Статьи, фото, видео...

Вызов и поклон

0

Илья Мильштейн

В эпоху управляемой демократии искусство демарша — важнейшее из искусств.

Есть люди, которые безответственно подходят к самой идее протестного выступления. Они ставят перед собой недостижимые цели. Типа «верните народу выборы», «долой войну» или «Путина в отставку». Они используют недопустимые методы для реализации этих противоправных целей. Вроде массовых демонстраций, одиночных пикетов, постов, перепостов, а то и лайков. Складывается впечатление, что на самом деле они не желают служить никакому благу — ни личному, ни общественному. Им лишь бы выпендриться.

Ответственные люди решают все эти проблемы иначе. Они знают, что в эпоху управляемой демократии протест тоже должен быть управляемым. Иными словами, протестующие должны сами себя контролировать, то есть следить за базаром. Поэтому мишени для критики они выбирают придирчиво, дабы слишком крупные под обстрел не попали. Методика протеста сводится к перечислению локальных свинцовых мерзостей российской жизни и призывов покончить с ними, обращенных к власти. Дескать, не мешайте творить, уберите хулиганов и вообще дайте денег.

В этом смысле выступление Константина Райкина на съезде СТД следует признать идеальной формой демарша. Он призвал коллег к цеховой солидарности. Он воспел конституционную норму: запрет цензуры. Он заклеймил позором экстремистски настроенные «группки мерзких людей», приходящих со своими уставами и экскрементами в чужие театры и другие общественные заведения. Он пристыдил замминистра культуры Аристархова — невежду и сталиниста. И «церковь нашу несчастную» припечатал, взяв в свидетели еретика Льва Толстого. Яркая, исполненная гражданского пафоса речь несогласного Константина Аркадьевича прогремела на всю страну и принесла ему заслуженные лавры. Устыдившаяся власть достойно вознаградила артиста за талант и смелость.

С ним вступил в доброжелательную полемику сам Песков, который рассмотрел вопрос с разных сторон, но в целом поддержал оратора. Цензура, сказал он, недопустима, однако государство имеет право подсказывать художнику тему, ежели платит ему из казны. Когда же к дискуссии подключился ночной волк Залдостанов, один из самых непримиримых наших театроведов и самый оскорбленный среди верующих, то Дмитрий Сергеевич одернул его довольно резко. «Бес попутал этого мотоциклиста», — сообщил Песков, посоветовав тому извиниться перед Райкиным. И хотя Залдостанов просить прощения не стал, а после за припадочного «БРАТА» вступился еще и Кадыров, исход поединка режиссера с министерством был предрешен.

От имени государства у режиссера «Сатирикона» попросил прощения глава Минкульта Мединский, а в ходе встречи министра с директором театра собеседники порешали и те финансовые вопросы, о которых Константин Аркадьевич говорил за несколько дней до своего исторического выступления. Правда, по итогам разборок возник еще один конфликт, связанный с проблемой «интерпретации» закулисных дебатов, но и с этим досадным недоразумением удалось покончить в сжатые сроки. Потерев никому не нужную информацию. Ибо дело прежде всего — и прав мудрый Песков: кто платит деньги, тот уточняет творческие замыслы режиссера, а также пресс-релизы его театра.

А ведь могло сложиться и по-другому. Завершая свою речь и влекомый гневом, Райкин заговорил про времена, в которые живем. «…Очень трудные времена, очень опасные, очень страшные; очень это похоже…», — начал было описывать эпоху артист, но, к счастью, сразу же оборвал себя. Поскольку тут он, конструктивно протестующий против отдельных проявлений цензуры и рутины на театральных подмостках, вступал на зыбкий путь безответственного критиканства.

Еще шаг, еще фраза — и он мог бы задаться вопросом: а почему мы, собственно, дожили до страшных времен? Да-да, товарищи, давайте вместе задумаемся и поймем — как так вышло и кто виноват? Цензура, господа, отморозки с мочеиспускательными склянками и распоясавшийся хам в кресле замминистра — это же частности, они же не сами собой народились! Папа, которому сегодня 105 лет, почти всю жизнь высмеивал этих мерзавцев и страдал от этих мерзавцев, и он знал, откуда они берутся, и мы знаем… Страшные времена — это ведь порождение верховной власти, так кого же мы тут обманываем? К кому взываем?

В том-то и беда. Управляемый протест в эпоху управляемой демократии — дело тонкое. Шаг влево, шаг вправо — и управляемость потеряна, и возражающий может быть причислен к врагам. Только представьте себе, что Константин Райкин, аплодирующие ему великие, замечательные и просто хорошие актеры, а также все прочие деятели культуры, сколько их есть у нас, за исключением навеки преданных любой власти и погубленных, безответственно заговорили бы года два с половиной назад. Хотя бы тогда, если не осенью 1999 года.

Если бы не соглашались позориться, становясь доверенными лицами президента. Если бы не радовались «в какой-то части своей натуры», что Крым стал нашенским, и не переживали, узнав из недостоверных источников, что «мы не будем вообще вмешиваться в дела Украины». Если бы сообразили, что за Крымом придет Донбасс, за ним Сирия, одновременно будут ужесточаться санкции, кончаться деньги, нарастать духовность, повышаться бдительность, множиться доносы, и это коснется всех, и театральных новаторов тоже. Потому что иначе не бывает. Если бы протестовали вовремя, а не когда жареный петух дотянулся непосредственно до них.

Страшно даже подумать, какие тогда наступили бы времена. Оттого мы так ценим и приветствуем многих наших мастеров культуры, никогда не забывающих о своей ответственности перед зрителем, перед партией и перед народом. Глухих к политике и к чужому горю и подслеповатых в жизни общественной, но прозревающих ровно в тот день и час, когда всесокрушающая духовность всей кодлой, в кожанках и на мотоциклах въедет в их театр, в их дом. Не раньше, но и не позже. Однако лучше поздно, чем никогда, и пусть по правилам, которые они себе затвердили в диалогах с властью, чем совсем никак. Демарш — он и есть демарш, и если уж доверенное лицо криком кричит с трибуны, проклиная душителей и гонителей, то значит, с доверием покончено.

А государство это неисправимо, и о том, что деньгами из скудеющей казны, заточенной на войну, оно сегодня пытается откупиться от лишних скандалов, Константин Райкин догадывается уже и без нас. Как и о том, что долго так продолжаться не может и тучи сгущаются не только над его театром. Это еще называется расплатой.

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.256115.html

 

Кто выиграл от разгона РБК?

0

Максим Миронов

В последние несколько дней стоит непрерывный плач интернет-сообщества по безвременной кончине РБК. Пафос бесконечных колонок и комментариев сводится к тому, что это очередное наступление на свободу слова, гражданское общество лишилось еще одного качественного источника информации, и вообще мы все в результате этого разгона сильно проиграли. Однако истина заключается в том, что проиграл от этой истории прежде всего Прохоров, а журналистский коллектив РБК и гражданское общество скорее выиграло. Почему?

Потери Прохорова очевидны. Уход редакции практически в полном составе означает почти неминуемую потерю трафика, а значит и рекламной выручки. Возможно, потеря будет временной, и ему удастся найти новую качественную команду, но это не будет решением всех проблем. Этой новой команде придется долго биться за доверие читателей, ведь убедить их, что они будут работать не под диктовку кремля и/или собственника будет очень тяжело. Расставание со старой командой тоже затратное мероприятие. Учитывая то, что уволенные редактора не дают комментариев и ведут себя очень тихо, затраты Прохорова на увольнение были значительными. Наконец, после разгона редакции, потенциальная привлекательность актива для стороннего покупателя резко упала. По слухам, с Прохоровым вели переговоры о продаже актива именно чтобы купить и умиротворить редакцию. Когда редакция разогнана, то ценник, который могли бы дать Прохорову за РБК, резко понизился. Самое главное, что вся эта история с РБК вызвала серьезные проблемы для других активов Прохорова – видимо, поэтому он и решился ликвидировать редакцию РБК сам. Итого общие потери Прохорова от инвестирования в РБК могут быть оценены в десятки если не сотни миллионов долларов.

Журналистский коллектив в целом и Елизавета Осетинская в частности, безусловно, выиграли. Когда Осетинская стала главным редактором Ведомостей, то это уже была лучшая деловая газета страны. У любого предприятия есть большой запас инерции, и стороннему наблюдателю было непонятно, успехи Ведомостей во времена ее руководства это ее заслуги, или все-таки инерция от Леонида Бершидского? Forbes также был вполне успешным изданием к  моменту ее прихода, поэтому опять же причинно-следственные связи по поводу ее влияния на успех ресурса отследить довольно сложно. РБК же в 2000-ые было помойкой – смесь из пересказанных новостей Интерфакса и откровенной джинсы. Лидеры рынка того времени, Ведомости и Коммерсант, РБК даже всерьез не воспринимали. За два года РБК превратилось в лидера бизнес и общественно-политической журналистики – это стало очевидно и участникам рынка, и читателям. То, что РБК стало самой влиятельной бизнес-газетой было признано и самым главным читателем нашей страны, правда, его признание, как обычно, выразилось в весьма специфической форме. И самое главное, стало очевидно, что это заслуга Елизаветы Осетинской, Романа Баданина, Максима Солюса и их команды журналистов.  Поэтому за эти два года их социальная капитализация (доверие и популярность среди читателей) резко возросла. И именно размер этой капитализации определяет, насколько дорого они смогут продать свой талант в будущем. Таких возможностей есть как минимум три:

  1. Создание собственного медиа-проекта. Усилиями властей, все больше и больше состоятельных людей были вынуждены уехать заграницу. Их уже не сковывают бизнес-интересы внутри России, поэтому они готовы инвестировать в независимые медиа-проекты. Галине Тимченко удалось относительно легко и быстро найти инвесторов для Медузы, и в целом этот проект можно оценить как успешный – за полтора года Медуза стала одним из лидеров рынка, выполняя в целом финансовый план. Социальный капитал команды бывшего РБК не меньше, чем команды бывшей Ленты, поэтому при желании они без проблем смогут найти партнера и запустить собственный проект.
  2. Создание индивидуальных СМИ-блогов. В современном мире каждый популярный журналист может создать собственное СМИ. Чем больше узнаваемость и популярность, тем выше будет посещаемость, а, значит, рекламная выручка. По этому пути пошли Варламов и Кашин.
  3. Возможно, всю команду РБК, или основную часть захочет купить кто-то из конкурентов. Ведь это очень выгодная сделка – купить лучшую команду на рынке, внезапно оставшуюся без работы. Купить команду всегда на порядок дешевле, чем купить конкурента. Интересней всего подобная покупка была бы для Ведомостей. Стоимость костяка команды РБК не превышает миллиона долларов в год, и подобные инвестиции позволили бы Ведомостям качественно улучшить собственный контент, вернуть себе лидирующие позиции и резко поднять посещаемость сайта. Такие возможности на рынке выпадают крайне редко, и те медиа-менеджеры, которые заботятся  о посещаемости и капитализации собственных активов должны, безусловно, такими обстоятельствами воспользоваться.

В конце концов не важно, как конкретно бывшие журналисты РБК распорядятся своим социальным капиталом. Главное, что последние два года работы в РБК позволил им резко увеличить потенциальный круг таких возможностей.

Однако больше всего от разгона РБК выиграло гражданское общество. Исторически все крупнейшие медиа в России контролировались олигархами. Основная причина, для чего их держали – политическое влияние. Чубайсу было достаточно договориться с ключевыми олигархами, чтобы поднять рейтинг Ельцина в 1996 г. с 2% до победы на выборах. Путину, для обеспечения мощнейшей медийной раскрутки в 1999-2000-х гг., было достаточно заручиться поддержкой Березовского, контролирующего ОРТ и Коммерсант. Медиа-ресурсы, контролируемые государством, принципиально не отличаются от контролируемых олигархами. Их владельцам плевать на экономику (именно поэтому и государственные, и олигархические медиа-активы зачастую глубоко убыточны). Они могут назначать журналистам дикие зарплаты, не заботясь о том, может ли этот журналист хоть когда-то отбить затраты на себя рекламной выручкой или платой за подписку. Они могут вопреки интересам читателей нанимать и выгонять журналистов, менять концепцию и т.д. СМИ, контролируемые олигархами, существенно извращают нормальную структуру медиа-рынка. Во-первых, для их владельцев интересы основного бизнеса всегда превалируют. Можно ожидать, что их медиа-ресурсы не будет писать плохо об других активах этого олигарха, или наоборот, вступать в конкурентные войны на стороне своего акционера. Если же власти настоятельно попросят и пригрозят проблемами основному бизнесу, то собственник легко готов изменить редакционную политику и уволить неугодного главреда (см. кейсы Газета.ру, Лента.Ру, РБК). Поэтому для собственника-олигарха интересы читателя всегда будут вторичны, а интересы основного бизнеса первичны. Во-вторых, медиа, подконтрольные олигархам, поднимают планки зарплат до нерыночных высот (им же не нужно заботиться о прибыльности, их держат для другого), тем самым не давая развиваться по настоящему независимым медиа. К примеру, Дождь никогда бы не смог конкурировать по зарплатам со «старым» НТВ (к слову, именно подобная финансовая политика привела к тому, что НТВ загнали в долги и это было формальной причиной перехода собственности от Гусинского к Газпром-Медиа).  Не надо питать иллюзий, Прохоров купил РБК не как бизнес инвестицию. Уплаченные в 2009-году 80 миллионов за 51% акций, с учетом 220-225 миллиона долларов, это соответствует оценке всей компании около 380 миллионов долларов! Для 2009 года подобная оценка была явно нерыночная — рекламная выручка всех газет в том году упала примерно в 2 раза, и они все ушли в глубокие убытки. Никаким разумным бизнес-планом такая оценка оправдана быть не может (для сравнения, Кудрявцев купил Ведомости в конце 2015 года по оценке 10 миллионов евро). Первая за много лет операционная прибыль, полученная в 2015 году – 200 тыс. долларов, никак не может оправдать ни цену покупки, ни убытки прошлых лет. Если Прохоров не купил РБК как бизнес актив, то единственный оставшийся вариант – он приобрел его, как инструмент политического влияния. Именно в 2009 году он собрался идти в политику и даже два раза туда сходил. Поэтому именно для целей влияния на российское общество Прохоров купил РБК и продолжает его держать. Просто пока этот актив ему был не сильно нужен – он пустил туда Осетинскую и Ко временно похозяйничать. Как только ему это стало невыгодно – он от них избавился. Не нужно питать иллюзий. Если бы Прохоров в третий раз решил сходить в политику, или начал бы какую-то корпоративную войну, или бы ему еще для каких-то целей понадобилось бы общественное влияние – он либо бы заставил редакцию делать то, что ему надо, или переформатировал редакцию в своих целях. Если он смог уволить главного редактора после давления из Кремля, то почему он не смог бы сделать то же самое, если бы давили его бизнес интересы? Не для того люди покупают актив за 400 миллионов долларов, чтобы гражданскую журналистику развивать.

Чем раньше ведущие медиа-ресурсы избавятся от контроля олигархов, тем лучше будет для развития качественного медиа-пространства. Как ни парадоксально, Кремль в этом активно помогает. Ведь это как с наркотиками – ключевым фактором является спрос. Их можно запрещать, банды можно разгонять и арестовывать, спрос приведет к тому, что появятся новые банды, так как спрос никуда не пропал. Спрос на качественную журналистику стабилен. И именно его наличие гарантирует, что журналисты РБК очень быстро найдут новую работу и смогут предлагать свой товар в новом качестве. Однако ключевой фактор здесь, что рынок мигрирует в сторону небольших медиа, созданных сами журналистами. В последние несколько лет появилось несколько сильных игроков такого плана – Медуза, МедиаЗона, The Question, Kashin Guru, The Insider, Varlamov.ru, Znak.com. Их появление стало возможным именно потому, что олигархи постепенно уходят с медиа-рынка – найм независимых журналистов для них стал сопровождаться слишком большой нервотрепкой. Поэтому независимые издания, наконец, смогли получить доступ к самому ценному ресурсу – качественным журналистам, не соревнуясь с бездонными карманами олигархов. Как ни парадоксально, на медиа, управляемые командами журналистов, намного тяжелей надавить, чем на олигархов. Для них собственный медиа-актив — это вся их жизнь. Им нельзя пригрозить проблемами на других активах – у них их просто нет, нельзя потребовать уволить главного редактора – они зачастую и есть главные редактора. Нельзя потребовать изменить редакционную политику или снять материал – для них основной актив – это доверие читателей, и они готовы биться за этот ресурс до конца. Остается, пожалуй, только уголовное преследование, но все-таки у нас власти пока не столь людоедские и журналистов в массовом порядке не сажают (из-за их публичности, резонанс в обществе может быть огромным). Поэтому чем больше будет появляться по настоящему независимых СМИ, которые контролируются своими собственным редакциями, тем лучше будет для всего гражданского общества, и разгон РБК – это еще один шаг в этом направлении.

http://mmironov.livejournal.com/9907.html

 

Дмитрий Быков: Что бы изменилось, будь Немцов жив

0

Фото: Борис Немцов (bbc.com)

«После Немцова в России стало гораздо меньше хорошего. И как следствие – гораздо больше дрянного. Меньше стало уверенности в том, что Россия вообще может быть другой. А может, она и всегда была такая, только мы не видели?»

Российский журналист, поэт и писатель Дмитрий Быков написал эссе о том, что бы изменилось в РФ, если бы оппозиционер Борис Немцов остался жив.

«Немцов мог сколько угодно ошибаться, но одного у него было не отнять: рядом с ним хотелось быть храбрым», — уверен Быков.

Что бы изменилось, будь Немцов жив

Не думаю, что присутствие Немцова в российской политической жизни — да и просто в жизни — резко изменило бы ситуацию в стране. Все равно началась бы сирийская эпопея, все равно остался бы неразрешенным украинский кризис, все равно главным ньюсмейкером был бы Кадыров, все равно продолжались бы думский абсурд и пропагандистский ужас. Но настроение было бы другое — менее безнадежное, потому что Немцов одним видом своим внушал надежду, даже без всяких оснований, без каких-либо утешительных признаков. Отличительная черта пассионария, по Льву Гумилеву, — способность заражать бесстрашием и заряжать верой в успех.

Немцов мог сколько угодно ошибаться, но одного у него было не отнять: рядом с ним хотелось быть храбрым. Неприлично было выказывать страх. Стыдно становилось отмалчиваться. Неважно, какова была его политическая эффективность: против железобетона ничто не может быть эффективно, кроме разве что времени, да и того требуется очень много. Но настроение он улучшал, дышать в его присутствии становилось легче, враги его боялись, а это и есть максимум возможного во времена, когда всякие представления о норме, законе, смысле утрачены начисто.

Немцов был опасен не тем, что его разоблачения припирали подонков к стенке; и не тем, что у него была всенародная популярность (которой не было); и даже не тем, что он умел объединять разные, часто враждующие политические силы. Немцов был хорошим, смелым и последовательным человеком и обо всех этих качествах напоминал.

Ни купить, ни запугать, ни согнуть его было невозможно, и потому-то он мешал больше всего: на его фоне очень уж наглядны и понятны становились враги.

После Немцова в России стало гораздо меньше хорошего. И как следствие — гораздо больше дрянного. Меньше стало уверенности в том, что Россия вообще может быть другой. А может, она и всегда была такая, только мы не видели? Меньше стало веры в здравый смысл. А может, никакого здравого смысла и не надо?

Больше стало злобы, всегда возникающей из-за трусости, больше омерзения к себе и меньше решимости что-либо менять. Больше стало тоски, бессилия, зловония. Больше стало глумливого хамства, наслаждающегося вседозволенностью. Вот спрашивают иногда: что бы делал сейчас Высоцкий? Тарковский? Шукшин? Да бессмысленный это вопрос, господа. Потому что при них не было бы такого «сейчас». Стыдно было бы. За год, прошедший после убийства Немцова, границы возможного колоссально расширились, а представление о стыде почти исчезло. Иначе не громили бы регулярно народный мемориал на мосту.

Этот мост все равно будет носить его имя. И те, кто его заказывал, выслеживал и убивал, отлично это понимают. Одного они не понимают — что участь их без Немцова будет страшней, чем при живом Немцове.

Кстати, книга дочери Немцова выйдет на украинском.

https://www.rbc.ua/styler/zvyozdy/dmitriy-bykov-izmenilos-bud-nemtsov-zhiv-1456751595.html

 

У Шлосберга отобрали бумажку

0

Алексей Рощин

Огорошило, признаться, сегодняшнее сообщение о лишении Шлосберга депутатского мандата в Пскове. Сказать, что это полная наглость и беспредел — ничего не сказать. А уж рассказывать, что это решение противоречит законодательству, что депутаты нарушили все, что можно — и букву закона, и дух, и что, самое главное, все это наверняка никак не поможет Льву Шлосбергу восстановиться — это и вовсе талдычить банальности. «Все всё понимают».

Все понимают, что Шлосберг — это раздражитель федерального уровня, и его попросту убирают из политики, а заодно мстят за его разоблачения по «псковским десантникам». Шлосберг — маленький человек из богом забытого Пскова — умудрился знатно подставить не просто региональную, а ажно федеральную власть; молодец! Но тамошние «пацаны» такого не прощают.

Вопрос только, что с этим делать. «Яблочники» и им сочувствующие, как я, возмущаются в своих бложиках, взывают к какому-то «закону»… Вот здесь, видимо, и заключается основная ошибка.

Ранее на том же самом погорели и Кац с Навальным — тоже все взывали к какому-то «закону» и призывали по нему «разобраться». А им точно так же дали пенделя — без всякого закона, просто «от души». И жалуйтесь, типа, во Всемирную Лигу Сексуальных Реформ. Там помогут.

Пора уже приводить собственные представления в соответствие с реальностью. В частности, надо как можно быстрее оставить в прошлом прежнее представление о «законности».

До сих пор все наши «демократы» исходят из представления о Законе как о некой нормативной, независимо и самостоятельно существующей сущности. Типа, вот те или иные чинуши, депутаты или милиционеры станут «баловать» и «нарушать закон» — и вот тут-то надо всего лишь погромче воззвать к Закону, он придет, разберется во всем и наведет порядок.

Увы. Никакого «Закона» в таком понимании у нас в стране не существует. Поэтому надо исходить из более древнего и более практичного понимания закона — как просто о текучем, постоянно изменяющемся, трудно фиксируемом балансе сил между различными общественными группировками.

Российское государство и российское общество находятся сегодня на ДОЮРИДИЧЕСКОМ уровне развития. До писаных законов, которые бы еще при этом и что-то значили, мы пока что просто не доросли. И соответственно, надо бы переосмыслить и значения вроде бы привычных политических ярлыков. Например, под «либералами» следовало бы понимать тех, кто хочет, чтобы в обществе законы ПОЯВИЛИСЬ. А, например, «левые» (в широком смысле) — это люди и общественные силы, которых существующее положение «дозаконной» России устраивает, и они хотели бы продлить его как можно дольше.

Что такое депутат Шлосберг в реальной, то есть доюридической России? Да это никто. У него, правда, была какая-то бумажка, в которой было написано, что он «депутат» чего-то там; ну так эту бумажку у него просто отобрали. Почему? Прежде всего потому, что МОГЛИ. В доюридическом обществе право — это просто сила. Если АП или Турчак МОГУТ отобрать у Шлосберга или у, скажем, Гудкова мандат — значит, они имеют ПРАВО это сделать.

Это пора уже принять просто как данность. И, соответственно, какие-то «права» у депутата Шлосберга (партии Яблоко, А.Навального, всех людей доброй воли и т.д.) появятся только тогда, когда они найдут какие-то силы, способные их ОБЕСПЕЧИВАТЬ.

И никак иначе. Взывать к Конституции, к судьям, СМИ, «мировому сообществу» — бесполезно.

Циничный вопрос Сталина о римском папе — «а сколько у Папы дивизий?» — наполнен для всех «демократических сил» очевидным смыслом. Надо искать опору в обществе. Злую, готовую драться опору. А на бумажки — мандаты, депутаты, протоколы, законы, конституции — плевать.

Важно лишь о них ВСПОМНИТЬ после нашей победы. Чтобы не ходить по кругу.

https://www.facebook.com/alexey.roshchin/posts/969170953155443

 

Окно из России

0

Кямран Агаев: Последняя клептократическая партия. Чекисты продолжают и проигрывают

С.Глазьев. Фото: "Коммерстант"

Антизападничество, антиамериканизм, антилиберализм, неприкрытый шовинизм, всякие анти- и фобии нормальных, общечеловеческих категорий и ценностей стали «плотью и кровью» путинской России.

Причем этим страдают не только обманутые кремлевской пропагандой простые люди, но и более образованная прослойка, деятели культуры и науки, даже академики, что только свидетельствует о морально-нравственном градусе современного российского общества, пытающегося противопоставить себя окружающему миру.

Один из таких академиков — С. Глазьев, являющийся советником Путина, в знакомом антиамериканском духе разразился статьей в трех частях, опубликованной в Военно- промышленном курьере — «Окно в Азию. Последняя геополитическая партия: США начинают и проигрывают«.

Статья от начала и до конца пронизана псевдоисторическими параллелями, передергиванием фактов, инсинуациями, взаимоисключающими пассажами и пользующимися сейчас спросом в России откровенным великодержавным шовинизмом.

Нет смысла пересказывать отдельные положения и выводы очередного «труда» Глазьева, которые подходят разве что в качестве лекции студентам-первокурсникам вузов, озабоченных наряду с учебным процессом еще и «патриотическим воспитанием» молодежи.

Те, кто знаком с «творчеством» и публичными высказываниями Глазьева по многим проблемам, включая исторические, которые, кстати, не входят в сферу его прямых профессиональных интересов, могут задаться вопросом: а зачем академику вновь и вновь повторять избитые штампы о вековой заинтересованности англосаксов и прочих нерусских в уничтожении «святой» Руси?

Но намерения академика видны невооружённым взглядом — он стремится осовременить эту «угрозу», придать ей некий неизменный тренд в процессе глобального экономического развития.

Вот его исходный посыл: «Неизменной в нем, по меткому выражению президента России Владимира Путина, остается только геополитика. Ее антироссийская суть не изменилась ни после распада мировой социалистической системы, ни после краха СССР, оставаясь такой же, как и во времена Российской империи. Возникает вопрос о причинах неизменной русофобии англосаксонской, германской да и в целом западной геополитической школы. Без ответа на него невозможно ни объяснить сегодняшнюю антироссийскую истерию на Западе, ни тем более спрогнозировать дальнейшие действия его политиков».

Из этого пассажа, отдающего больным воображением, видно, что на этот раз многоликий Глазьев выступает не только в образе академика, но прежде всего советника Путина, вернее апологета путинского неосоветского чекистского реванша, закамуфлированного под идеологию «вставания с колен и противодействия Западу».

При этом он сознательно путает очевидные вещи, и антизападную истерию в России выдает за мифическую «антироссийскую истерию» на Западе и сокрушается невозможностью спрогнозировать действия западных политиков (?!).

Последнее вообще выглядит забавным, в стиле совкового сознания Глазьева: действия западных политиков, которые функционируют на основе выборности и сменяемости, в отличие от советских и российских пожизненных вождей, легко поддаются прогнозированию. Это — аксиома и ставить ее под сомнение — не лучшая характеристика академику, считающемуся к тому же известным российским политиком.

Претенциозное «Окно в Азию» — это не что иное, как противопоставление петровскому «Окну в Европу», намек на поворот путинского режима на Восток, где он в «сотрудничестве» с Китаем якобы нанесет последнее геополитическое поражение США. Ну что же, выдавать желаемое за действительное — это хроническая болезнь многих российских «патриотов» широкого диапазона.

А действительное состоит в том, что Путин и компания вынуждены «прорубать окно» в Азию уже в прямом смысле этого слова, а не в смысле исторического выбора или идеологической прерогативы: в Европе уже поняли, что у демократических, либеральных идеалов и принципов не может быть ничего общего с чекистскими методами коррупционного государственного устройства и агрессивной внешней политики.

Путин «бежит» на Восток — в Азию не от хорошей жизни. Он бежит туда, чтобы продлить жизнь своему прогнившему, антинародному, клептократическому режиму, которому нет места в приличном международном сообществе, олицетворением которого являются страны, придерживающиеся евроатлантических ценностей. Режиму, которому удалось взять реванш во второй половине 90-х годов, заглушить ростки демократических преобразований в России, не допустить трансформацию в нормальное правовое государство, превратив его в чекистскую, сугубо меркантильную корпорацию.

Чекисты, как известно, уже однажды были во главе государства. Если бы не смерть Ю. Андропова, процесс гниения Советского Союза затянулся бы надолго, с вероятными тяжелыми последствиями. Между тем, как показали дальнейшие события, наследники Андропова, сменив декорации, объявили себя либералами и верующими, готовясь к будущему реваншу.

Нынешнее нахождение у власти представителей спецслужб затянулось надолго. Причин этого множество, главная из которых состоит в том, что Путину и его пропагандистскому аппарату путем манипулирования общественным мнением удаётся отождествлять чекистскую философию с мифическим укреплением государства, представить ее в качестве альтернативы чуждому России либеральному развитию, которое Путин охарактеризовал как лихие 90-е.

Немалую «медвежью услугу» путинскому режиму оказывают и представители «патриотической научной мысли» наподобие академика Глазьева, которые своими «советами и предложениями», с одной стороны, легитимизируют правление режима, с другой, как ни парадоксально, работают на его загнивание.

Достаточно привести выдвигаемые «государственником» и державником» Глазьевым такие идеи, как усиление государственного регулирования экономики, восстановление Госплана, дедолларизация экономики путем печатания рублей, национализация финансово-банковских институтов, создание собственной платежной системы, полная сдача государству валютной выручки предприятиями и компаниями и другие антирыночные меры автаркического характера.

Большинство этих идей и мер перекликаются с путинскими демагогическими и популистскими заявлениями и ласкают слух обывателей — сторонников неосоветского пути России, который начертал их кремлёвский кумир. Логично, что этот путь лежит не в Европу, где главенствует закон и право, а в Азию — на сотрудничество с коммунистическим Китаем.

Это будет последняя партия нынешнего кремлёвского режима, оказавшегося сейчас в полуизолированном положении. Однако поражение в этой партии будет намного тяжелее, чем то, которое постигло чекистов в конце 80-х — начале 90-х годов прошлого века. Смена декораций уже не поможет разлагающемуся режиму: идеологических лазеек становится все меньше.

Даже академики типа Глазьева, прогнозирующие «гибель» США, не способны отвлечь 20 миллионов россиян, находящихся за чертой бедности, о чем как-то не по-государственному обмолвилась вице-премьер О. Голодец.

Клептократическое окно, а также двери, открытые нынешними «защитниками» России от агрессивного Запада, будут наглухо закрыты, с тем чтобы больше не смог повториться очередной позорный гебистский реванш, который уже больше не сможет выдержать Россия.

Вот об этом надо говорить всевозможным академикам и ученым, а не ждать до бесконечности мифического «геополитического поражения» США.

Хотелось бы напомнить академику-экономисту Глазьеву, увлекающемуся историей, главу 10 Библии, где говорится «Кто копает яму, тот упадет в нее, и кто разрушает ограду, того ужалит змей».

http://www.kasparov.ru/material.php?id=55B3DD7554866

 

«Династия» и другие нежелательные лица

0

Кирилл Мартынов

Как в Россию вернулась политика, которая, по мнению министров и сенаторов, теперь повсюду

Сразу несколько плохих новостей — фонд «Династия» Дмитрия Зимина заявил о самоликвидации, кроме того, приостановлена деятельность российского Комитета против пыток и, наконец, в прессе появился «патриотический список» так называемых нежелательных организаций, чья деятельность в России может быть прекращена.

В случае «Династии» даже самым последовательным «лоялистам и консерваторам» ясно, что закрытие фонда прямо вредит интересам России и ведет к одному — научных книг, ученых и образованных людей вообще в стране будет меньше, а наше отставание от мира увеличится. За несколько дней до объявления окончательного решения Зимина Совет по правам человека (СПЧ) при Президенте РФ предпринял финальную попытку повлиять на решение Минюста. В СПЧ потребовали от ведомства отменить решение о внесении фонда в число «иностранных агентов» и, кроме того, извинились перед Зиминым за «оскорбительный ярлык», который наклеил на «Династию» первый заместитель министра юстиции Герасимов, подписавший соответствующий документ.

Министр Коновалов в ответе на имя руководителя СПЧ Михаила Федотова еще раз сообщил: вина «Династии» заключалась в том, что фонд финансировал «Либеральную миссию» Евгения Ясина, а та, в свою очередь, якобы «участвовала в организации и проведении политических акций, в том числе с использованием современных технологий». Политика же, по мнению Коновалова, состояла при этом в том, что «Либеральная миссия» могла влиять «на проводимую государственную политику», а также имела «нацеленность на публичный резонанс и привлечение внимания со стороны государственного аппарата и гражданского общества».

То есть вредная политическая деятельность так и выглядит: делаешь что-то публично, привлекаешь внимание, можешь — хотя теоретически — повлиять на проводимую государственную политику — значит, все, политика налицо.

Интересно, существует ли, исходя из подобного определения, хоть какая-то деятельность, не являющаяся политической? Похоже, что нет, поскольку любые действия граждан, например, собирающихся в кружки по интересам, могут в принципе повлиять на проводимую государственную политику, а «нацеленность на публичный резонанс» сейчас вообще свойственна даже подросткам, пытающимся привлечь внимание к своей жизни в социальных сетях.

Собственно, в этом и состоит ключевая проблема новейшей эпохи «иностранных агентов». Действующая редакция закона об НКО предельно расплывчата и позволяет лепить ярлыки «агентов» на любую некоммерческую организацию с иностранным участием, которая ведет «политическую деятельность». А что считать политикой при этом, решают мудрецы вроде министра Коновалова и российских судей. Примерно это сейчас как раз случилось с «Комитетом против пыток» — вероятно, в нашей стране считается, что пытки являются неотъемлемой частью государственной политики, а попытка бороться с ними, соответственно, рассматривается как вмешательство в суверенитет (и не забываем о вредоносной нацеленности на публичный резонанс).

10 лет назад было принято жаловаться, что политики в России очень мало, ею никто не интересуется. И вот мы наблюдаем, как политика вернулась в сияющих одеждах. После Крыма политическим высказыванием и политической деятельностью считается буквально любое событие.

Если человек не сидит дома и не смотрит телевизор, то он уже занимается политикой. В этом нас убеждают теперь целые министерства.

Что Россия будет делать с таким количеством политики, как переварит ее? Не случится ли так, что министр Коновалов с компанией депутатов кличут на свою головы беду? И в тех обстоятельствах, когда всё — политика, а всякая политика запрещена, люди уже не смогут просто читать друг другу лекции, как это было в случае с «Либеральной миссией» или публиковать доклады о пытках?

Еще интереснее ситуация вокруг новейшего понятия «нежелательной организации» — сейчас в Совете Федерации таких насчитали 12. Это фонд Сороса, Национальный фонд демократии, Международный республиканский институт, Национальный демократический институт по международным вопросам, фонд Макартуров, «Фридом Хаус», фонд Чарльза Стюарта Мотта, фонд «Образование для демократии», Восточно-Европейский демократический центр, Всемирный конгресс украинцев, Украинский всемирный координационный совет, Крымская полевая миссия по правам человека. За исключением украинской линии списка — все старые и известные организации, которые многие годы мирно работали в России. По закону Минюст может своим решением без судебной санкции приостановить их деятельность на территории страны. По мысли сенаторов, это необходимо, так как позволит избежать «подрыва патриотического единства» в стране и свернуть «мягкую агрессию» в отношении России. При этом, например, последняя организация в списке, Крымская полевая миссия по правам человека Андрея Юрова (члена СПЧ), вообще не имеет юридического лица и является фактически группой волонтеров. Как запрет волонтерам публиковать сведения о ситуации с правами человека в Крыму поможет патриотам России сплотиться? Похоже, Россия настолько боится внешнего мира, что единственный путь для спасения нашего «единства» — это искусственно ограничить контакты с ним и вариться в собственном соку. Иное — опасная политика, которая теперь повсюду.

http://www.novayagazeta.ru/columns/69154.html

На кого упадет тень «Боинга»?

0

Александр Минеев

Почему черновик доклада о сбитом лайнере вызвал столь острую реакцию Москвы


Фото: РИА Новости

История с крушением малайзийского «Боинга», выполнявшего 17 июля прошлого года над Донбассом злополучный рейс MH17, вновь стала горячей темой международных новостей. Поводом стали первые комментарии к черновику заключительного доклада о расследовании и требование Малайзии создать специальный международный трибунал для суда над виновниками гибели 298 человек.

Совет по безопасности Нидерландов (DSB), который занимается расследованием катастрофы, распространил во вторник краткий отчет о ходе работы. В нем сообщается, что заключительный доклад о результатах будет опубликован в первой половине октября. Причем уже есть черновой вариант, и его еще 2 июня передали аккредитованным представителям стран, чьи специалисты участвуют в расследовании. Это Малайзия, Украина, США, Российская Федерация, Великобритания, Австралия и Нидерланды. Эксперты этих стран должны за 60 дней его изучить и прислать свои мнения и дополнения.

Первой изучила и прокомментировала голландский черновик Москва, которая его раскритиковала, заявив, что в нем «больше вопросов, чем ответов». Российское видение событий существенно отличается от того, что представлено в документе. Надо ожидать значительных поправок, дополнений и опровержений с российской стороны до оформления и публикации заключительного доклада.

 О том, что стороны еще месяц назад получили черновик доклада, может быть, мы бы еще долго не узнали, если бы не бюрократическая обязанность расследователей регулярно отчитываться о ходе работы перед ИКАО. Это и заставило DSB во вторник выступить с коротким коммюнике о том, что обязательства выполнены. Как объяснила «Новой» представитель DSB Сара Верной, статья 6.6, пункт 13  регламента ИКАО требует такой промежуточной отчетности.

Черновик до согласования и публикации доклада остается конфиденциальным документом. Мы можем только догадываться, почему он вызвал столь острую реакцию Москвы при молчании остальных адресатов.

Сара Верной напомнила, что Совет по безопасности Нидерландов проводит расследование по просьбе Украины, над территорией которой произошла трагедия. Следует также напомнить, что большинство пассажиров погибшего лайнера были гражданами Нидерландов.

DSB работает не над одним, а над тремя докладами, относящимися к крушению «Боинга». Помимо международного расследования причин крушения расследуется процесс принятия решения при определении безопасного маршрута полета (наверное, есть о чем задуматься украинским властям и малайзийской авиакомпании). Третий доклад касается полноты информации о пассажирах.

2 июня аккредитованным представителям сторон были переданы черновые варианты докладов о причинах катастрофы и определении безопасного маршрута. Через два месяца в Гааге рассчитывают получить мнения и предложения поправок от всех шести адресатов, чтобы учесть их в заключительном докладе.

 Следующей новостью, вернувшей внимание к расследованию гибели MH17, стала инициатива Малайзии создать специальный международный трибунал. В четверг постпред Малайзии в ООН Рамлан бин Ибрахим сообщил, что уже на этой неделе разошлет проект соответствующей резолюции и статута будущего трибунала членам Совета Безопасности ООН. Надеется, что резолюция будет принята до конца июля. К инициативе уже присоединились Австралия, Бельгия, Нидерланды и Украина.

Но на пути проекта может встать вето России. В Москве с настороженностью восприняли это предложение Малайзии. Заместитель министра иностранных дел РФ Геннадий Гатилов, которого цитирует ТАСС, назвал подобные планы «несвоевременными и контрпродуктивными».

«Сейчас необходимо дождаться окончания расследования, а не принимать каких-то скоропалительных резолюций о создании трибунала. Эта тема очень чувствительная и серьезная, поэтому она требует тщательной проработки и доведения до конца расследования ситуации с катастрофой малайзийского «Боинга»,  — подчеркнул замминистра.

http://www.novayagazeta.ru/politics/69073.html

Преступление и наказание

0

Пока тут крутился волчком, даже ленту открывал через раз, тут оказывается шажок за шажочком аккуратненько торжествует справедливость. Сначала Бельгия начала по-маленьку арестовывать собственность РФ, потом Франция, и все это во исполнение судебного решения о выплате компенсации акционерам компании Юкос.

Для меня, как для гражданина РФ это должна бы быть плохая новость, так как само собой все эти компенсации «эффективное» руководство моей страны в конечном счете отожмет у меня. В той или иной форме. Можно в виде пенсионных моих накоплений. А если их к тому времени уже не останется, можно и просто так, отдай мол, нам надо. И конечно это будет несправедливо по отношению ко мне, как гражданину. Ведь не мне же принадлежит Роснефть, лихо распоряжающаяся бывшими активами Юкоса, она же принадлежит Сечину, читай Путину. Но платить придется мне. И это конечно свинство.

Но лично для меня в свинстве всей этой гоп-стоп-компании нет ничего неожиданного. Я к нему настолько привык, что уже даже и перестал замечать. А вот факт, что ворованное придется возвращать, меня приятно удивляет. Мне приятно понимать, что Сечин читает про эти решения Бельгии и Франции в новостях и в замешательстве крутит башкой: «Как так? А че эт самое случилось-то?! А как же тема Байкалфинанс-групп? Вроде нормально замаскировали-то все, комар носа не подточит!» Перечитывает снова, и снова не понимает, почему тема «грабь награбленное» вдруг не прокатила.

А вот и не прокатила. Так же, как и не прокатила тема воровства аккаунтов в соцсетях в результате обысков и отжима Следственным комитетом РФ смартфонов и планшетов. Это только в нынешней администрации президента такой взлом почты называется хитроумным хакерством. Как и издание Известия и телеканал Лайфньюз всерьез называются новостным изданием и новостным телеканалом.

Во всем прочем мире, где белое бело, а черное черно, взлом почты, с помощью ли структур МВД, или без, считается вполне себе уголовно наказуемым преступлением, о чем на след неделе состоится всамделишное заседание немецкого суда. Там же принято преследовать за воровство крупнейшей нефтяной компании. Все это в сумме делает мое восприятие действительности немного более приемлемым, даже без принятия допинга.

Готовлюсь к отказу от бельгийского шоколада и французского вина. Уверен, что их у нас запретят уже в самое ближайшее время. Соответственно еще через какое-то время мир узнает об успешных производствах шоколада в Белоруссии, как до этого там чудесным образом научились выращивать мидий и креветок.

На след неделе лечу в командировку на 2 дня в Италию. Придется взять чемодан, хоть на два дня хватило бы и небольшой сумочки: пара рубашек, носки, зубная щетка. Догадываетесь? Да! Заказы ото всех родственников, плюс отдельно от бухгалтерии, в сумме на 3-4 килограмма пармезана. Россия ХХI век. В Амстердаме тем временем на 3D принтере планируют напечатать стальной мост через канал. На 3D принтере, Карл!!! 3-4 кг пармезана, друзья мои! Нет, совсем без допинга пока не получается.

http://vserguey.blogspot.com/2015/06/blog-post_19.html

 

Расстрельный список Путина

0

Юрий Фельштинский

Почему число смертей личных врагов российского президента внутри страны и за границей будет расти

За убийством Немцова стоит не путинский режим, а сам Путин. Я уверен, что без его приказа или согласия Бориса Немцова в Москве никто не посмел бы тронуть. Немцов был убит прежде всего потому, что оставался единственным всемирноизвестным открытым оппонентом Путина в самой России, осуждавшим Путина в том числе и за оккупацию Крыма, и вторжение в Восточную Украину. Второй по известности критик Путина — Алексей Навальный, тоже живущий в России, в отличие от Немцова с оговорками все-таки поддержал аннексию Крыма и в этом смысле перестал быть Путину опасен.

Немцов в глазах Путина был естественным и главным претендентом на пост президента страны в случае, если по тем или иным причинам Путину пришлось бы покинуть президентское кресло. Так что с точки зрения интересов Путина и узкого круга его приближенных именно устранение Немцова было абсолютной необходимостью.

Начав агрессию в Украине в марте 2014 года, Путин своими руками нарушил стабильность отстроенного им же режима. Сегодня из-за военных действий в Украине никто не может быть уверен в завтрашнем дне, в том числе и Путин. Устранение главного политического оппонента в период кризиса — естественный рефлекс любого тирана. Путин не стал исключением.

От убийства Немцова Путин оказался в тройной выгоде: и конкурента устранил, и оппозицию ослабил, и фронт своих сторонников укрепил

Для мирового общественного мнения публикация материалов, которые Немцов готовил об участии России в войне в Донбассе не явилась бы чем-то сенсационным. Мы понимаем, что за военными операциями на Востоке Украины стоит Россия; мы знаем, что там находится российская бронетехника и прочее современное вооружение; мы видим, как в Донбассе и Луганске воюют российские войска. Другое дело, что публикация бывшим членом кабинета министров российского правительства Немцовым документов, подтверждающих наличие российских войск в Украине, делала Немцова в глазах Путина «предателем» и облегчала Путину принятие решения о вынесении смертного приговора своему политическому противнику и конкуренту. В этом смысле заявление Немцова о намерении опубликовать документы могло стать последней каплей, перевесившей чашу весов в сторону смертного приговора. С точки зрения Путина Россия вовлечена в войну, а во время войны действуют законы военного времени. Именно их и применил Путин к Немцову.

К сожалению, честные и мужественные люди, вышедшие на демонстрацию в память Немцова, в современной российской реальности изменить ничего не смогут. Прежде всего, в России давно уже оформилась система «вертикали власти», когда народ не имеет отношения к управлению государством на центральном и местном уровнях и не влияет на органы управления. Даже если всё население России завтра выскажется за мир с Украиной, Путин войну не остановит. Российский избиратель ему уже не нужен, так как не избиратель решает, кто именно победит на очередных президентских выборах и какую политику будет проводить Кремль. В России с 2000 года это решает сидящий в Кремле президент и только он. С другой стороны, убийство Немцова — это очень мощный удар по российской оппозиции, и после смерти Немцова оппозиция станет и меньше, и слабее, и тише. В этом смысле, конечно же, от убийства Немцова Путин оказался в тройной выгоде: и конкурента на власть устранил, и оппозицию ослабил, и фронт своих сторонников укрепил, потому что, конечно же, с убийством Немцова они воспряли. Они ведь знают, что Немцова ликвидировали по приказу Путина. Лживые версии в прессу Кремль вбрасывает не для них, а для нас.

У Путина и его режима сегодня много оппонентов. Большая их часть находится за границей, потому что противостоять диктатуре, находять внутри, самоубийственно. Мы это видим на примере целой вереницы убитых людей: журналистки Анны Политковской, членов Российского парламента Юрия Щекочихина и Сергея Ющенкова. Вот теперь еще и на примере Бориса Немцова. Критиковать Путина из-за границы безопасней, и именно по этой причине Россию покинули, например, отсидевший 10 лет в тюрьме Михаил Ходорковский и бывший чемпион мира по шахматам известный деятель российской оппозиции, оппонент Путина и нынешнего режима Гарри Каспаров. Но и нахождение за границей не всех и не всегда спасает.

Список противников Путина за границей, убитых или умерших странной смертью, не ограничивается Александром Литвиненко и Борисом Березовским, хотя эти два примера, конечно же, наиболее яркие. Общее между этими смертями то, что Литвиненко, отравленный в 2006 году, был соратником Березовского по противостоянию Путину, и когда Березовский в 2013 году был найден в петле, многим показалась неубедительной версия о его самойбийстве. Мне тоже эта версия кажется не очевидной и не убедительной. Тем более, что в 2008 году в том же Лондоне произошла еще одна загадочная смерть человека, хорошо знакомого и с Литвиненко, и с Березовским: от сердечного приступа скоропостижно скончался партнер и друг Березовского Бадри Патаркацишвили, на которого были записаны активы самого Березовского. Собственно, именно в этот момент Березовский потерял абсолютно все свои деньги. Неудачный судебный иск против Романа Абрамовича в финансовом плане добил Березовского окончательно. А политические битвы против своего ставленника — Владимира Путина — Березовский проиграл еще раньше. После этого двойного банкротства Березовского можно было брать «голыми руками». Без денег и охраны он, конечно же, был легко уязвим.

Сложно ответить на вопрос, почему одни оппоненты Путина уже мертвы, а другие пока что живы. Трудно определить, как именно и кем составляются списки потенциальных жертв. Путин открыто объявил, что в России существует «пятая колонна», работающая против интересов государства; социал-предатели, предающие страну. Составил ли он для себя максимально полный список врагов или нет, можно только догадываться. Но в случае усиления российской агрессии в Украине число отстреливаемых личных врагов Путина в России и за границей будет, конечно же, расти. Как и Сталин, Путин человек злопамятный и любит доводить начатое до конца. Пока враг жив, Путину неспокойно.

http://nv.ua/opinion/felshtinsky/rasstrelnyy-spisok-putina-40038.html

 

Добрые советы президенту (ДСП)

0


автор  Артемий Троицкий журналист

У меня к Путину — «ничего личного». Ненависти к нему не испытываю, зла не желаю. Более того, рад был бы его успехам — в личной жизни, защите животных, духовных исканиях и исторических исследованиях. К профессиональной деятельности Владимира отношусь крайне отрицательно лишь по той простой причине, что он гробит мою страну. Причём восстановил её (увы, взаимно) против большинства соседей и прочего нерусского мира.

Зачем он это делает, я не знаю. Может быть, из благородных побуждений, как это трактует одна бабушка у Сорокина в «Теллурии» (окончательно, вслед за Лениным и Горбачёвым, уничтожить этого монстра — Российскую империю); но скорее — в силу некомпетентности, властолюбия и одержимости бесовскими комплексами. Или просто китайский лазутчик.

Так или иначе, в заложниках у Путина и его особого режима оказалось без малого 150 миллионов человек. И живётся нам всем, практически без исключения, всё хуже день ото дня. Полагаю, что объяснять и аргументировать этот тезис уже излишне; дело ясное. Про тех, кому не ясно, хорошо спел недавно Гребенщиков: «Нищие духом — блаженны; вопрос снят.» Во мне соседствуют два сильных чувства: отвращение к нынешней власти и сострадание к опущенному ею народу. (Пусть он, народ, движимый то ли рабским рефлексом, то ли стокгольмским синдромом, то ли просто от дури эту власть, вроде как, поддерживает… до поры, до времени, но для меня это не так важно). Причём второе чувство определённо сильнее — невероятно жалко страну и людей, точка.

Поэтому захотел я обнародовать — в уверенности, что каким-нибудь хитрым образом они дойдут до ушей основного адресата — несколько небольших конкретных предложений по смягчению нашей пиковой ситуации. В случае своевременного применения, «агонию режима» данные меры, боюсь, продлят — но, повторю, мне важнее, чтобы люди не умирали, не нищали и не бились в панике. Да, наивно, спору нет — но хоть что-то надо делать?? Кстати, в заголовке обращаю внимание на первое слово…

1. Вывести все регулярные российские войска из Донбасса и прекратить поставки туда военной техники и снаряжения. Согражданам, пребывающим в уверенности, что там воюют доведённые до отчаяния бандеровцами украинские шахтёры с помощью казаков-добровольцев, скупивших в окрестных хозяйственных магазинах танки и «Грады», можно вообще ничего не сообщать. Как можно «вывести то, чего нет»?! Зато мировое сообщество и его избранные начальники, которые в курсе реального положения дел, ход оценят и настроение улучшится. Санкции пойдут на убыль. Забрезжат компромиссы. В выигрыше будут все (кроме нескольких тысяч горячих отморозков и десятка звёзд патриотических ток-шоу) и, в первую очередь, жители Донбасса и солдаты. Которые просто перестанут гибнуть. Марионеточные ДНР/ЛНР, естественно, больше недели-двух не протянут — но кому эта гнойная чёрная дыра вообще нужна, кроме криминалитета и генералитета??

2. Немедленно (хорошо бы, к новогоднему столу) отменить продовольственные «анти-санкции». Это была очевидная глупость и политэкономический просчёт, который на Западе вместо паники и бунта вызвал лишь лёгкий напряг экспортёров и тяжёлое недоумение, а в России вместо подъёма воодушевления и сельского хозяйства спровоцировал подъём цен и возрастающий ропот — как потребителей, так и многих производителей. Не думаю, что возвращение продуктов на полки и цен на место будет воспринято народом, как позорная капитуляция. Напротив, забыв о первопричине ситуации (телевидение поможет!), большинство оценит это, как заботу о людях! Так что можно смело.

3. Прочёл недавно, что мост в Крым будут строить Тимченко и Ротенберг. Принципиальная поправка: строить ЗА СВОЙ СЧЁТ. Широко известно, что друзья Путина по учёбе, КГБ, дзюдо и дачному кооперативу более чем удачно «поураганили» (слово из лексикона президента) за последние полтора десятка лет. Фактически, все они должники главы государства — не случись его, судьбоносного, в их жизни, прозябали бы и сейчас мелкими клерками или таксистами в г.Берлине. Сейчас самое время долги вернуть — можно без процентов. Чем давать этим приближенным и дальше пилить госзаказы, чем вытаскивать дефицитные дензнаки из пенсионных фондов, образования и здравоохранения — лучше изъять их со счетов означенных бенефициаров великой дружбы. Да они и сами должны быть рады помочь благодетелю в трудный час! А если окажутся поросятами неблагодарными — пример Евтушенкова укажет правильное решение. Теоретически, к группе жертвователей мог бы присоединиться и сам Владимир Путин, обладатель одиннадцатизначной кубышки, как утверждают злые языки. Но это тема тонкая; оставим её на усмотрение фигуранта… Строго говоря, у меня есть подозрение, что процесс дружественного раскулачивания уже потихоньку идёт, и призыв к амнистии наворованного из недавнего Послания Свыше эту догадку подтверждает.

4. Преемник… Без него Путину не обойтись, но наш альфа-самец сам создал проблему, окружив себя такими «бета», «гамма» и даже «пси» (есть такая буква), что положиться на них решительно невозможно. И все повторяют козлиную (простите, рогатые и копытные!) мантру: «Кто, если мееее Путин? Альтернативы меееет!» На самом деле, есть — и на любой вкус. Но конкретно для нынешнего президента, имея в виду его спокойную старость, идеально подошёл бы Михаил Ходорковский. Человек сильный, слово держит. Прекрасный управленец — хотя это не важно в данном контексте… Важнее то, что есть — при всех бесчинствах в отношении себя и своей компании — моральный долг перед Путиным: семью президент не тронул! И главное: среди абсолютно всех русских имеет наилучшую репутацию и наибольший вес за границей. А это означает — ни много, ни мало — что если они договорятся, Путина под трибунал Ходорковский не отдаст, а Запад не станет особо возникать. Так что МБХ для ВВП — дар Божий. Остаётся, конечно, самого бывшего узника уговорить… Но стоит постараться!

5. Пятого пункта я пока не придумал, но если мой подопечный вдруг объявит, что он еврей и уедет замаливать грехи на присно помянутую Храмовую Гору — тоже будет душевно.

А если проснуться? Война будет тлеть; санкции будут жечь; Тимченко от строительства моста уже отказался, а в тотализаторе на «преемника» лидирует Рамзан Кадыров в 2030-м году. Хотя… Не покатят добрые советы, жизнь напишет на стене злые ультиматумы.

http://www.echo.msk.ru/blog/troitskiy/1453454-echo/

 

 

Спасет ли раб уставший

0

автор Сергей Алексашенко экономист

            Он явно устал! Еще бы — просидеть на галере, будучи прикованным самим собою,  пятнадцать лет и настраиваться еще на десяточку! Четверть века! За это время не то, что просто устанешь, а осточертеет эта галера вместе со всеми ее рабами в трюме и даже сундуками с золотом. Но … морю этого не объяснишь! Море, оно неподвластно ни национальному лидеру, ни вертикали власти, ни даже 80%-ному рейтингу. У моря свои законы и свои правила. И одно из них это то, что время от времени на море бывают шторма. Это когда твою галеру трясет и бросает во все стороны, даже если ты до этого делал все правильно.

Шторм – тяжелое испытание. И для галеры, и для всех, на ней находящихся. Поэтому и должно постоянно держать матроса в «вороньем гнезде», бочке на мачте корабля, который следит за окружающей действительностью и (кроме прочего) должен своевременно информировать главного раба о приближающемся шторме.

То, что российский экономический корабль вот-вот попадет в экономический шторм – становится очевидным всем. Замедление роста, а потом и сокращение инвестиций, начавшееся три года назад, привело почти к полной остановке корабля, скорость движения которого поддерживается исключительно абсолютно бессмысленными со всех точек зрения военными расходами. Затеянная на этом фоне украинская политическая авантюра привела к «перекрытию кислорода» — российская экономика оказалась отрезанной от внешнего финансирования и должна сокращать потребление и те же самые инвестиции для расплаты по долгам.  А тут еще, как назло, мировые цены на нефть пошли резко вниз, что еще больше сократило поступление валюты в страну. Рубль, которому перестают доверять и население и бизнес, не выдержал и за три осенних месяца потерял четверть своей стоимости (треть —  с начала года).  Девальвация рубля и непродуманное по последствиям решение о запрете на импорт продовольствия привели к резкому ускорению инфляции, которое неизбежно оборачивается падением уровня жизни. И хотя экономические министры надеются на то, что инфляция (сама по себе) утихнет в начале следующего года, боюсь, этим надеждам не суждено сбыться – это разогнать инфляцию можно относительно быстро, а вот погасить ее….

Но штормы (или как пел Высоцкий «мы говорим не «штормы», а «штормА»), в том числе и экономические, для любого капитана могут быть неожиданностью, но не неизвестным явлением. Они были до и будут после. Шторм нельзя предотвратить, но к нему можно подготовиться и ему можно противостоять. Можно, если только раб не устал. Не устал от повседневной рутины. Не устал от необходимости руководить тупыми министрами, которые не только самостоятельных решений принять не могут, но и объяснить толком, что происходит и чего ожидать следует, не в состоянии. Не устал от унизительных «нравоучений» со стороны капитанов и насмешек со стороны пассажиров соседних кораблей, у которых уже и двигатели паровые появились, да и водоизмещение побольше раз в десять.

А если раб устал, то вся остальная команда  — сколь бы опытной и умелой она не была – окажется не способной противостоять стихии и будет продолжать ждать ценных руководящих указаний от лидера нации, молча глядя на то, как корабль набирает воды и теряет управляемость.

В среду, «раб» в очередной раз взойдет на привычную трибуну и огласит свою повестку дня. Расскажет о том, что для него является главными проблемами, и как он собирается с ними бороться. Из этого послания мы сможем понять и то, насколько адекватно он оценивает ситуацию, и то, насколько компетентной является его команда, и то готов ли он провести свой корабль через шторм или предпочтет отдать его на волю волн.

Ведь, он, действительно, очень устал.

PS Только не надо надеяться на либерализацию, обещанную кем-то. Либерализация в нашей стране невозможна без независимого суда и равенства всех перед законом. А это, в свою очередь, верный путь к разрушению тех цепей, которыми он прикован к галере. И первый шаг на пути к его уходу с галеры. А он к этому не готов. Хотя очень (!) устал…

http://echo.msk.ru/blog/aleksashenko/1447554-echo/

 

И утопил гашетку в пол

0

Григорий Ревзин

С аннексии Крыма не писал про политику, потому что все ясно. Но тут обнаружился один загадочный поворот – хочу поделиться удивлением.Значит, во-первых наше государство закрывает школы. Там оптимизация, укрупнение, слияния, то-се, в Москве сливаются хорошие спецшколы с близлежащими похуже, в малых городах малопосещаемые с другими малопосещаемыми для повышения посещаемости – это все по-разному подается. Но как ни подавай, а по факту просто закрываются школы. И сокращается состав бесплатно изучаемого материала. Тоже из сложных соображений, эргономики там, предельной нагрузки на душу подростка, медицинских показателей – но по факту этой заботы делается так, чтобы забесплатно учили поменьше.
Во-вторых, государство закрывает больницы и поликлиники. Опять же оптимизация, укрупнения, слияния, то, се, как-то там должно в перспективе повысится качество и эффективность. Ну, повысится, не повысится – это бабушка надвое сказала, дело будущее. А по факту – закрываются больницы. И врачей увольняют за ненадобностью. Пачками.
Закрывают также высшие учебные заведения, за неэффективность, и в большом количестве. Культуру пощипывают – закрывают ненужные Дома культуры, кинотеатры, проблемы с краеведческими музеями, Минкультуры упорно стремится сократить подведомственные ему научные институты. Резко оптимизировали Академию Наук, не вполне понятно, она вообще-то еще есть, или как. Упорно стремятся закрыть Академию художеств и Академию архитектуры, государство совершенно перестало понимать, зачем они нужны.
Оно рывком увеличило налоги на недвижимость. Прямо в десять раз подняло, налог стал размером с месячную зарплату, довольно заметное дело. И еще сказали, что это только начало, а в ближайшие 10 лет еще поднимать будет. И снизило гарантии по пенсиям. Не отменило пока пенсии, но честно говорит, что суровости неизбежны, и пенсионные деньги – это вам не манна небесная, может и не хватить. И пенсионный возраст увеличим, и гарантировать ничего не можем, извините. Очень долго жить стали пожилые граждане и отсюда выходит нехватка.
Будучи человеком либеральных убеждений и правых взглядов, я не то, чтобы готов сразу осуждать эти действия. Некоторые из них абстрактно считаю осмысленными, и если бы ощущал большую сопричастность делам государственного управления, вероятно, мог бы выступить и в поддержку. Однако находясь (в силу радикальных реформ в области свободы слова, избирательной системы, свободы совести, митингов и собраний, смены внешнеполитического курса и т.д.) в состоянии внутренней эмиграции, гляжу на дело со стороны. И со стороны очень боязно.
Я сказал бы, что жесткая праволиберальная политика, которая осуществляется в течение последнего года, вообще-то дело довольно опасное, потому что наступать на права граждан – это вам не лобио кушать. Упоминанием лобио я хочу вызвать у читателя ненавязчивую ассоциацию с реформами Михаила Саакашвили и тем, чем дело кончилось. В общем и целом, теория политического управления говорит, что наступать, конечно, можно, а праволиберальная теория настаивает, что и нужно, но лучше все же не по всем фронтам сразу и при благоприятном прогнозе экономического развития в близкой перспективе.
Однако ж наше государство решило это все проделать на фоне санкций, падения курса рубля и цены нефти, бегства капитала, отлучения от мировой кредитной системы, и в преддверии глобального сдерживания России, которую Запад провозгласил, но, говорят, всерьез еще пока не начал. В условиях, когда реальные доходы населения упали на 10-15%, и ничто не предрекает, что вырастут.
В принципе, я уже давно перестал понимать, что делает Владимир Владимирович, и зачем. Но все ж таки интересно – ну как исторический казус, что ли. Я допускаю, скажем, что будь жив Егор Тимурович Гайдар, он, понимая масштаб экономической катастрофы, которая нас ждет в ближайшей перспективе, а может быть, в силу общей трагичности сознания, даже его преувеличивая, начал проводить такие реформы (хотя, вероятно, начал бы с другой стороны). Но странно, согласитесь, ожидать от Владимира Владимировича жертвенности Егора Тимуровича. Тот-то видел себя политическим камикадзе, и был готов встретить волну народной ненависти, а этому ближе образ раба на галерах, который прикован к рулю навечно, и правит рукоплещущей толпой. К тому ж он сам нам все эти грядущие беды и устроил, и видимо бедами их не считает, раз к ним и правил. Что ж он делает-то, черт подери?
Вы знаете, мне чего-то кажется, что мы все же преувеличиваем влияние на его политический характер блаженных дней брежневского застоя и опыта разведчика в ГДР. Мне кажется, проблематика 90-х исподволь действует и на него. Я понимаю, что это звучит абсурдно, но все же позволю себе сказать. Дело выглядит так, будто 84% рейтинг доверия, которым он наслаждается после аннексии Крыма, поддержки, которую ему оказали теперь все, вплоть до последних Навального с Ходорковским, воспринят им как карт-бланш. И все, что в государстве, в разных записках, написанных еще черт знает когда, в разное время, значилось недоделанным, недоведенным, недочищенным, решено довести под такой немыслимый фарт. Всем министерствам и ведомствам, комиссиям и комитетам, где годами пылились старые реформаторские мечталки, дана команда – доставайте. Сейчас можно. Рыночный налог на имущество – вперед! Пенсии пересмотреть – вперед! Все эти ВУЗы, академии, все эти дома престарелых, которые жрут бюджетные деньги – давай! Школы, больницы, поликлиники, что там у вас еще – закрываем! 84%! Все могу!
Эта уверенность, что высокий рейтинг дает президенту право на радикальные действия, произрастает вовсе не из византийского древа управления империей, где государь вправе на конкретные зверства, но при этом пребывает с народом в мистической симфонии, а из западной, конституционной логики, где между президентом и электоратом заключен договор, а рейтинг – KPI эффективности его исполнения. И я вот здесь вижу пережиток 90-х. В том, что рейтинг воспринят как карт-бланш не пятую колонну резать, а вообще.
Жуть в том, что 80% поддержка Ельцина, которую он когда-то разменял на реформы, складывалась из устремлений людей, чьим идеалом тогда, временно, ненадолго, но все же был Запад, глобальный мир, новая жизнь. Там рейтинг действительно был карт-бланш на реформы. 84% Путина – это люди, которые хотят в СССР, в старую жизнь, когда нас боялись, а вокруг были бесплатные школы, больницы, поликлиники, пенсии и т.д. А он добивает выжившие реликты всего этого. Такое досадное недоразумение.
Знаете, это выглядит так, будто водитель, увидев впереди на обледенелой дороге крутой поворот, вдруг принял парадоксальное решение. И утопил гашетку в пол. Нет, ну а вдруг — пронесет? Он же везунчик! Они же на него просто молятся!

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=844614912246021&id=100000925591192

 

Золотая удавка

0

автор Михаил Веллер писатель, философ
         Решение «Единой России» принять в Думе закон о возмещении зарубежных конфискаций родным олигархам за счет государственного бюджета – означает что? Что из двух зол плохим политиком всегда выбирается то, которое отдаленнее. Неопределенно-отдаленная революция предпочтена конкретно-реальному дворцовому перевороту. Своих, сильных и опасных, необходимо ублаготворить сейчас – чтоб они не приняли кардинальных мер по улучшению своего положения завтра. За свои ярды наш высокодуховный капиталист продаст отца родного, а не то что товарища по кооперативу.
А внушаемый, отвлеченный и поддерживающий лидера народ, традиционно привычный к бедности и новым лишениям, можно обобрать еще раз в сущности незаметно. Он лишится не того, что у него в конкретном собственном кармане, а чего-то общего и отдаленного, а потому зыбкого и не слишком реального: ну, госфондов каких-то, каких-то процентов в статьях бюджета. В сущности, народ ничего вроде и не теряет. Опускание произойдет незаметно, сначала не больно. Народ не умеет считать завтрашние деньги, не воспринимает их как свою собственность – это его коренное отличие от олигархов.
Пусть лучше рухнет экономика, чем мой трон!
Лидер – не самостоятельная величина, но точка равнодействия и равновесия олигархических кланов, каковой гвоздь в стене прикрыт торжественной вывеской. Нарушение равновесия – и гроздь скособочившихся грузов выдергивает гвоздь из гнилой стены. Переворот под ковром (за ширмой) – это у нас быстро.
А пока народ, ненавидищий украинских фашистов, американских империалистов и пятоколонных нацпредателей, развернет свою обострившуюся ненависть на тех, кто доведет его до нестерпимой и несправедливой бедности – всегда можно что-то придумать. Народ далеко, он полуабстрактен за стенами твоего коттеджного поселка и цепями охраны, с ним не пересекаешься ни за столом, ни в магазине, ни на улице. Он не опасен, пока миллионы не вышли на площадь. А это – уже фашизм! На законную власть! Поднять окровавленную руку! Припугнуть так, чтоб при мысли крамольной штаны мокрели! Да у них страх и покорность в генах сидят, вожачков прищучил – и тишина.
Как говаривал один венценосный циник, голодному народу для поднятия духа очень полезно видеть сытого короля. Забрать у бедных и отдать богатым – это ли не торжество истинной демократии? Кстати – Ким Чен Ына еще не съели там?
Недовольство копится долго, разворачивается медленно и вспыхивает мгновенно от одной искры. Социальное недовольство и социальная напряженность – категории объективные и переходят в состояние действий по тому же закону, по которому долго нагреваемый горючий газ (неосязаем и прозрачен) взрывается мгновенно. Называется – переход количества в качество.
Сделан серьезный шаг к революции. С ее ближайшими ужасами и отдаленными перспективами. О кошмарное пугало – Фредди Крюгер с собянинской плиткой вместо пролетарского булыжника!..
Начало революции свалят на американцев и их агентов. И это будет правдой. Почто олигархов обидели?

http://echo.msk.ru/blog/weller_michael/1414856-echo/

 

Собчак победила Михалкова в первом раунде

0

автор Андрей Архангельский редактор отдела культуры журнала «Огонек»
А вот самый удивительный факт — что Михалков уже вторую программу посвящает именно Собчак. То есть ничего важнее сейчас нет. Для родины и нас. То есть, казалось бы, Украина, Донбасс, новый фильм — столько всего, о чем ждут разговора поклонники именно Михалкова, но ему не до этого. Это означает, что Собчак победила Михалкова в первом раунде, одержала именно моральную победу, и он это чувствует. И сейчас он думает, что от второго раза он как-то может выиграть, взяв количеством. Но это напрасно. Это ничего не изменит. И только ухудшит.А как вам еще более потрясающий факт.Михалков, чтобы узнать, кто рассказывал о его имении Собчак (то есть это вопрос на уровне «Сима, ты шо сказала Клаве за тот несчастный ящик помидоров?.. — Ой, таки ничего не было, Зоя, я об тебя умоляю…)» — звонит по телефону вот так вот запросто самому министру культуры Российской Федерации. И под запись, под запись! — то есть Мединский предупрежден об этом, и Мединский, как актер, тоже участвует в этом спектакле — подробно интересуется какой-то мелочью — «говорил или нет», «рассказывал или нет».

Понимает ли Михалков, что в этот момент он просто-таки унижает министра культуры целой страны — показывая, как именно, в качестве кого можно использовать министра культуры страны при необходимости?
Ну, и для министра культуры страны это, конечно же, острейший, важнейший вопрос. Очищение чистого имени Михалкова от огульных обвинений.

«Баня у вас хорошая! Но небольшая. Небольшая» — говорит министр культуры целой страны.

Далее он звонит Капкову, министру культуры столицы России, и Капков вынужден давать не менее унизительные объяснения Михалкову — что уже три года не общался… так что никакого… отношения… даже не обсуждал этого…

Понимает ли Михалков, что любой человек среднего ума и наблюдательности может в первую очередь по этому сюжету… как бы это сказать… оценить масштаб личностей, масштаб обсуждаемой проблемы.
И масштаб бури, которая поднялась из-за одного иронического письма.
Вот оно на самом деле — великое кино о великой войне.

Потому что нет ничего страшнее для «партийного человека», чем получить упрек в роскоши. Тут срабатывает какое-то номенклатурный инстинкт. Обвинение в роскоши. Дача, слуги. И хотя никто не требует оправданий, человек все-таки берется вертеть заветный диск и уточнять… по инстанциям… все ли в порядке… все ли чистенько… нет ли тут … как бы сказать … намека…. сигнала… ах, нет… то есть, это не сигнал…. значит, я неправильно понял… спасибо… просто молодая еще… ага… дадим-дадим конечно отлуп… но я хочу уточнить — она по своей инициативе… или… безусловно… я понял… понял… сама…. понял… спасибо вам за информацию…

Все-таки безусловно важное что-то задела Собчак. Какую-то струну. И все задребезжало…

апдейт.
«Кожзаменитель или кожа?» — о да, важнейший вопрос для того, кто шагает по Москве. Важнейший вопрос для обывателя 1950-80-х. Вся, так сказать, психология страны встает за этим случайным сравнением… Отношение к человеку в кожзаменителе, не дай бог…

http://echo.msk.ru/blog/andrey_arkhangelsky/1409118-echo/

 

Лжепатриоты, люди с тухлыми яйцами и люди без яиц

0

Со всех сторон доносятся угрозы: ну давайте, пятая колонна, сходите на ваш марш в защиту убийц.

Покажите, кто поддерживает детоубийства и сожжение одесситов заживо. А мы тоже подготовимся, потому что не можем этого выносить, чтобы по нашей Москве расхаживала нечисть под бандеровскими знаменами.

Мы выйдем навстречу вашей жалкой кучке и запасемся тухлыми яйцами и гнилыми помидорами, а кто-то и кастетами. Мы никому тут, понимаешь, не дадим устроить «майдан».

В таком примерно духе они пишут в сети, громоздя ложь на пошлость и сверху поливая верноподданничеством. Им не надо объяснять, что в Москве планируется марш против абсурдной войны с Украиной, а не в защиту украинской власти. Для них война – естественное состояние народа и государства, потому что война все списывает. Потому что только ради наших ресурсов и территорий на Украине совершили государственный переворот.

О том, что на Украине не было никакого переворота, а просто сбежал преступный лидер, им говорить тоже не надо. Они это знают. Но им важно, чтобы их боялись. Поэтому они запасаются тухлыми яйцами и гнилыми помидорами. Они хотят продемонстрировать Москве и всему миру свою тухлятину, швыряясь ею в тех, кто действительно против войны. Против сожжений, расстрелов и тотального вранья.

Им кажется, что они – люди с яйцами. Увы, они люди с тухлыми яйцами, а это совсем другое дело. И если в Москве 21 сентября случатся беспорядки, от чего боже упаси, то случатся они с благословения начальства и по воле государственных провокаторов. Их угрозы – истерическая реакция людей, зашедших в тупик и обнаруживших, что народный энтузиазм по этому поводу сильно преувеличен.

Россия никогда не была страной агрессивных ничтожеств и завистливых дураков, сколько бы ни старались милитаристы создать ей именно такой имидж за рубежом.

Солдаты, умиравшие за победу над фашизмом, содрогнулись бы, доведись им узнать, в каких целях используют нынешние демагоги эту победу. От одной мысли о том, как всю Украину заклеймили бандеровской за естественное желание уменьшить количество кумовства, поколения истинных русских патриотов пришли бы в ужас.

И потому у нынешних провокаторов нет ни малейшего права называться патриотами – о благе России они думают в последнюю очередь.

Они очень боятся этого марша.

Потому что, если туда выйдут действительно много настоящих граждан России, весь мир убедится в том, что вся мощь государственной пропаганды, клеветы и оболванивания тратится напрасно. Что страна жива, не разучилась сопротивляться и думать, не жаждет объединяться на почве ненависти и способна объединиться ради правды.

Вопрос – идти или не идти – для каждого решается отдельно, с учетом личной биографии. Но иногда, чтобы принять решение, достаточно посмотреть на тех, кто против вас.

http://echo.msk.ru/blog/bykov_d/1402214-echo/